|
|
|
Мир увидел результаты операции по пересадке лица
Татьяна Батенева
Уникальную операцию по пересадке 38-летней женщине нижней половины лица от мертвого донора французские хирурги провели в конце ноября 2005 года. За полгода до этого она пыталась покончить с собой, наглотавшись снотворного. Любимый лабрадор изгрыз бездыханной хозяйке лицо, искалечил ее, но пробудил от смертельного сна.
Группа хирургов во главе с доктором Жан-Мишелем Дюбернаром в клинике города Амьена провела многочасовую операцию, пересадив Изабель нос, губы, щеки и подбородок анонимной женщины-донора, которая, кстати, тоже была самоубийцей. Уже через пару дней хирурги заявили, что операция прошла удачно, Изабель радовалась.
Но спустя три недели (классический срок для реакции отторжения чужеродной ткани) пересаженное лицо покраснело и воспалилось. Врачам пришлось прибегнуть к большим дозам стероидных гормонов и лекарств, подавляющих иммунитет. Через несколько тревожных дней реакцию отторжения удалось преодолеть.
Через полтора месяца после операции Изабель Динуар впервые вышла на улицу, походила в пестрой толпе горожан, зашла в бар. По словам доктора Дюбернара, на нее даже не обращали особого внимания, хотя пока на лице еще видны тонкие красные шрамы там, где собственная ее кожа соединяется с кожей донора. Врачи уверяют, что пациентка может вполне сносно разговаривать, испытывая проблемы лишь со звуками "п" и "б". Однако другие пластические хирурги подвергают эту информацию сомнению, полагая, что так быстро функции утраченных органов восстановиться не могли, а какие-то из них (например, обоняние) не восстановятся вообще никогда. Тем не менее успех операции по пересадке донорского лица многие специалисты признают важной вехой в развитии трансплантологии.
На второй чаше весов - жизнь
Президент Российской ассоциации челюстно-лицевых хирургов доктор медицинских наук, профессор Александр Неробеев:
- Пока у Изабель наверняка есть проблемы и с речью, и с едой. Она вряд ли владеет губами, есть ей приходится особым образом, запрокидывая голову назад. Но все эти проблемы скорее всего меркнут на фоне эйфории, которую она должна сейчас испытывать. Ведь хирурги вернули ей лицо, а это для женщины проблема особой важности. С технической точки зрения операция достаточно банальна. Для меня, как и для многих коллег, по-прежнему существенным остается вопрос, что важнее: восстановить сильно пострадавшее лицо из собственных тканей пациента, частично пожертвовав эстетической стороной, но не ухудшив качества его жизни, или добиться внешней привлекательности, но "посадить" человека на иммунодепрессанты, подвергая его жизнь риску. Ведь для Изабель сейчас любая инфекция, даже банальная простуда, может оказаться смертельно опасной. О реальных результатах операции можно будет судить года через три, а пока опасность повторения реакции отторжения сохраняется.
